О ФОРМИРОВАНИИ НОВОГО «ПРАВОСЛАВНОГО» СОЗНАНИЯ

69

Всем своим читателям желаю терпения и мужества в прохождении великопостного подвига и снова приветствую их на страницах Живой Книги! Продолжаю ее, увы, пока неутешительное (но твердо надеюсь — до времени) повествование… Речь пойдет о формировании новой «православной» духовности.

Мне часто приходится слышать: Отец Афанасий! Почему ты так мало пишешь о духовном?.. Ты же стольких святой жизни старцев знал, бывал почти на всех Святых местах православных, только на Афоне вон уже пятнадцать лет живешь… Ведь столько интересного можешь разсказать!.. Одно твое хождение в Иерусалим — целая духовная эпопея… А ты все об азербайджанцах, евреях, пидарасах и «попах-артопах»… Никакой духовности — сплошная политика и публицистика…

На это отвечаю, что, увы, не достиг я умирения своих срастей и тишины помыслов, чтобы духовные темы поднимать. Поэтому, опасаясь ввести своих читателей в заблуждение, стараюсь высоких духовных категорий не касаться. Причем, если когда о чем духовном и разсуждаю, так только о явлениях из личного опыта мне знакомых, опять же, своему их восприятию не доверяя, а сверяя его со святоотеческой традицией и с опытом знакомых мне духовных людей.

В свою же очередь, хочу сказать, что приводимые мне примеры творчества некоторых современных отцов, выдаваемые их апологетами за некие высокие духовные откровения, меня отнюдь не вдохновляют. Издать, как некоторые, под глубокомысленным и интригующим заголовком сборник банальных сентенций вроде — «не ищи добра, сам твори добро» или «когда мы плюем в ближнего, мы всегда плюем против ветра» — с тем, чтобы озадачить своих духовных чад и последователей отыскиванием в них какого-то глубинного смысла… Зачем?..

К чему отвлекать людей на решение этих ребусов?.. Разве у них нет более достойных занятий?.. Вон — русский народ исчезает!.. Да и если чего-то для пользы души захотелось, не лучше ли Святых Отцов почитать?

И вообще, в наше время всеобщих подмен и фальсификаций, основная масса православных, в том числе, и считающихся пастырями, утратила малейшее представление о духовной жизни и за духовное чтение принимает совершенно к нему не относящееся — душевное. Об этом свидетельствуют и книготорговцы, как здесь в Греции, так и в России. Говорят они, что очень редко покупаются сейчас Жития Святых и творения Святых Отцов Церкви, зато очень популярны книги с жизнеописаниями и поучениями современных старцев и стариц, коим несть уже числа, различные сборники пророчеств и чудес, путевые заметки с
описанием святых мест и встреч с духовными корифеями, монастырские бытописания, приоткрывающие завесу загадочной для мiрян монашеской жизни, и прочая, и прочая «духовная беллетристика»…

Причем пишут их все кому не лень — «профессиональные» паломники, на Благодатный огонь улетающие, как на вахтовую коммандировку, многочисленные чада все тех же еще ныне здравствующих и уже почивших старцев и стариц, энциклопедического (вернее — википедического) ума теоретики духовной жизни и последователи виртуального аскетизма, изгнанные из монастырей спившиеся послушники или их новая мутация — «послушники» бродячие (?!)… Бывает правда, что пишут и вполне нормальные люди…

Страсть к такого рода «духовной» литературе не удивительна, так как подобное чтение не требует от читателя внутренней работы. Наоборот, проглатываются книги подобного рода, что называется, взахлеб и услаждают душу читателя, создавая ему иллюзию некой насыщенной духовной жизни и причастности к описываемым духовным личностям, событиям и явлениям. Тогда как чтение святоотеческой литературы не только само по себе нелегкое занятие, но еще и требует духовного труда — подтверждения прочитанного устроением своего собственного жития приведением его в соответствие с полученными духовными знаниями. Так как иначе нерадивому читателю обернутся они во вред и станут причиной духовного заболевания.

Святые Отцы всегда предупреждали, что чтение аскетических творений людям, аскетической жизнью не живущим, никакой духовной пользы не приносит. Напротив, порождая высокоумие, такие знания приводят к духовному повреждению.

Этому подтверждение — разплодившееся в сети великое множество комнатных аскетов, диванных подвижников и википедобогословов, в интернет-чатах месяцами разсуждающих о «нетварном свете», «умном делании», борьбе со страстями и других высоких духовных вещах и категориях, которых и монахи не дерзают касаться в своих беседах. Однако тут же, в полемическом азарте, особенно если в его духовном опыте кто-то еще и усомнится, такой «сетевой старец» влегкую может и матом покрыть! А потом так анонимно пакостить начнет, что никакой мытарь и идолопоклонник себе такого не позволит…
И если бы эта тенденция развилась только в подмену духовной литературы душевной! Но появился уже даже такой экзотический жанр, как «православное фэнтэзи» (!). А ведь область фантазий, как знает любой мало-мальски наслышанный о духовной жизни человек, есть место обитания нечистых духов и, погрузившись в нее, человек полностью предается их власти! То есть православными именуются уже демонские мечтания!!! Куда дальше?!

Ведь вся монашеская аскеза сводится, прежде всего, к трезвению!.. Все, так называемое, «умное делание» направлено на очищение ума от мечтаний и помыслов!.. Это является основой духовной жизни!!! А здесь, хотя бы еще фантастикой назвали, а то совсем в насмешку — «фэнтэзи»…

Недалеко, в этом смысле, отстоит и всякая «православная» художественная литература, то есть все без исключения произведения дающие место авторскому вымыслу. (Другое дело репортаж, очерк или зарисовка очевидца — этот жанр мы уже отнесли к душевному, чувственному, но, все равно, ни в коей мере не к духовному). Потому что, если даже писатель пытается создать высокий духовный образ, или показать внутренний мiр и взаимоотношения духовных людей, делать он будет это через призму своего поврежденного духовного состояния. А значит ничего общего эти возникшие в его разгоряченном воображении представления с истинно духовным иметь не будут. И потому никакой пользы для души читателю не принесут, а, наоборот, исказят его духовное устроение.

Представляю возмущение прочитавших это «духовных» писателей и недоумение их многочисленных читателей!..

Сберендившим писателям объяснить уже ничего невозможно и помочь им никак не могу, так как, по Святым Отцам, гордого исправить в силах только Бог. А вот недоумение читателей разрешу очень просто. — Духовно неповрежденный человек за такое «творчество» (сам термин ущербный, так как Творец у нас один) не возмется, как говорят, априори. По изложенным выше причинам… В ином же случае, — если человек дает волю своему воображению, — он повреждается этим самым автоматически.

Так почему же до сих пор никто этот вопрос не поднял? Ведь уже пару лет как работает церковная цензура! Неужели наши духовные цензоры не знают даже азов духовной жизни?!

Зато вот «национальной розни» и экстремизму, под которым подразумевается любая критика узурпировавшей власть в России питерско-чеченской банды, церковной цензурой, как в той песне, «заслон поставлен прочный». Книжку одного нашего карульского монаха о своем пустынническом житии, совершенно безобидную по содержанию, в которой он лишь вскользь обозначил свое мiровоззрение, запретили за его искреннее убеждение, «что Православие осталось последним оплотом на пути иудейского талмудического расизма». Даже бумагу в подтверждение прислали…

Это как понимать?.. Что священноначалие наше от противостояния пришествию антихриста официально отказывается?..

Про свои книжки я уже и не говорю… Как сказал один епископ у себя их запретивший: «Книги твои правильные, …но вредные». (?!) Назовем его перл «православным парадоксом», если уж пошла такая мода новые православные жанры создавать…

И вообще, у «сегьезной» православной общественности мнение о моих книгах уж очень негативное. (У русских, правда, почему-то никакого негатива не возникает.) Главная претензия — дескать, не по чину монашескому публицистикой заниматься.

Тогда спрошу у этой начитанной публики, а как же понимать ставшее уже хрестоматийным определение, что «русская публицистическая литература восходит к „Слову о Законе и Благодати“ митрополита Илариона»?.. А «Слова» Иоанна Златоуста?.. Что это, если не самая настоящая публицистика?!

Скажете, что те были архиереи?.. — Тогда к какому жанру отнесете «Посмертные вещания преподобного Нила Мироточивого» Афонского или «Просветитель» Иосифа Волоцкого? Соглашусь, что последний пример для вашего «бгата», мягко сказать, не очень удачный, даже больной, но, тем не менее, вы же «Просветитель» в Федеральный список экстремистской литературы внести пока еще не подсуетились!.. Так что, по факту, согласиться придется.

Да и почему вы, вообще, считаете мою публицистику не духовной литературой?.. Разве власть кагала в России, мусульманская экспансия, глобализм, экуменизм, разложение нашей Церкви… — не явления духовного порядка?.. Пользуясь случаем, хочу это спросить у митрополита Иллариона, от которого уже скоро два года жду ответа на вопрос: имеется ли в моей внесенной в черный федеральный список книге «Отдайте нам Родину!» [об этом беззаконии здесь: ХАЗАРСКАЯ ФЕМИДА] что-либо противоречащее православному учению?

И здесь опять возвращаемся к вопросу о церковной цензуре. По своему предназначению ее деятельность направлена на сохранение традиционной православной духовности. Она должна отслеживать и пресекать любые попытки проникновения в православную среду ложных учений и разлагающих православное сознание новых веяний. То есть, является одним из главных инструментов, это сознание формирующих.

Тогда почему в ее работе все поставлено с ног на голову? Дозволяется проникновение в православную среду всякой сомнительной и откровенно неправославного духа литературы, а книги по насущным и требующим своего незамедлительного решения церковным и национальным проблемам запрещаются к разпространению.

Возникает очень тревожное предположение. А не является ли все это целенаправленной работой по формированию нового «православного» сознания? Уж очень все вышеперечисленное встраивается в общий курс глобалистских процессов. Ведь это вполне естественное для архитекторов мiрового порядка желание, — чтобы в то время, когда они заканчивают последние приготовления к встрече своего мессии, этот, используя запрещенную церковной (!) цензурой терминологию, «последний оплот на их пути — православный мiр» — развлекался легким чтением или разгадывал шарады, в неких «таинственных беседах» выискивая » сокровенные истины» там, где их в помине нет. Но ни в коем случае не задумывался, что же с ним происходит!

Оставляю этот вопрос на разсуждение читателей Живой Книги.