Сколько величия, мудрости и красоты!..

...содержится в богослужебных текстах Православной Церкви. И до такой степени преисполнены они, иной раз, радостью, иной – скорбью, что без слез, радостных или скорбных, их ни петь, ни читать нельзя.      А тексты и мелодии псалмопений Страстной седмицы – это вершина духовного творчества человека.      Сегодня на Утрени чуть не разрыдался, когда ексапостила́рий пел...

     23.08.2022. Этот ролик, удаленный YouTube-администрацией вместе с уже вторым нашим YouTube-каналом, сохранили на нашем новом ресурсе: odysee.com/@karoulia. Подписывайтесь.

     Вникнете с молитвой в слова стихов этих. Настолько поучительны и полезны они для души! И только человека с дотла выжженной совестию не тронут! Действительно, зависть (по Свв. Отцам – матерь убийства) не ведает предпочитать полезное.      Седа́лен, глас 3:      Блудница приступи к Тебе, мvро со слезами, изливающи на нозе Твои, Человеколюбче, и смрада зол избавляется повелением Твоим. Дыша же благодать Твою ученик неблагодарный, сию [благодать – м. А.] отлагает и смрадом одевается, сребролюбием продая Тебе. Слава, Христе́, благоутробию Твоему.      Стихиры на хвалитех, глас 1:       Егда́ грешная приноша́ше мvро, тогдa ученик соглаша́шеся пребеззаконным. О́вая у́бо ра́довашеся, истощающи мvро многоценное: сей же тща́шеся продати безценнаго. Сия́ Владыку познава́ше, а сей от Владыки разлуча́шеся. Сия свобожда́шеся, а Иуда раб быва́ше врагу. Лю́то есть леность [духовная – м. А.], ве́лие покая́ние, е́же мне да́руй, Спа́се, пострада́вый о нас, и спаси́ нас.      О, Иудина окаянства! зряше блудницу целующую стопы́, и умышляше лестию преда́ния целование. О́ная власы́ разреши́, а сей яростию вяза́шеся, нося́ вместо мvра злосмрадную зло́бу. Зависть бо не весть предпочитати полезное. О, Иудина окая́нства! от него́же избави, Боже, душы наша.

И насколько сухо звучат и не трогают душу эти стихиры в переводе на современный русский язык. И это еще не самый худший перевод. Как понял, отца Олега Стеняева:      Когда грешница приносила миро, тогда ученик сговаривался с беззаконниками. Одна радовалась, тратя миро драгоценное, другой же спешил продать Бесценного. Та Владыку познавала, а этот от Владыки отдалялся. Та свободу получала, а Иуда становился рабом врага. Страшное дело – небрежение, великое – покаяние: даруй мне его Спаситель, пострадавший за нас, и спаси нас.      О жалкая доля Иуды! Видел он блудницу, целующую стопы, и замышлял коварно поцелуй предательский. Она косы расплела, а этот яростию связывался, нося вместо мира смердящую злобу: ибо не умеет зависть предпочитать полезное. О жалкая доля Иуды! От нее избавь, Боже, души наши!

То есть пархатые реформаторы Церкви не влекут паству свою к духовным высотам, заставляя постигать сакральность церковнославянского языка, напротив – профанируют тайну, объясняя ее языком, понятным любому местечковому интеллигенту. А конечная их цель – опошлить сакральные тексты до уровня местного олбанского наречия.      Да не будет! Благо воцерковленных олбанцев и их пастухов по намордникам сразу видно!      Мы же, под Покровом Божией Матери, останемся верными церковной традиции нашей и славить Бога будем на нетронутом сатанинской ненавистью к людям, едином и понятным для всех славян, языке.      Аминь! И слава Ему во веки!